НИКОГДА НЕ ЗНАЕШЬ, КЕМ МОЖЕТ СТАТЬ ТВОЙ
СОСЕД ПО ПАРТЕ…
К началу
учебного года я опоздал, класс был уже укомплектован. Меня посадили на
единственное свободное место, чуть ли не в первом ряду.
Он мало чем отличался от остальных моих одноклассников. Разве тем,
что был круглым отличником с первого класса, ходил всегда очень аккуратно
подстриженным и опрятно одетым. А еще – глаза! Меня с первой встречи поразили
его глаза – большие, грустные и с хитринкой одновременно, мечтательные
и в то же время внимательно всматривающиеся в окружающий мир.
Я стал часто бывать по вечерам бывать у Олега – так звали моего
соседа по парте. Как сейчас помню его маму – не высокую, хрупкую женщину,
с такими же, как у сына, большие грустные глазами. Отец Олега – военнослужащий,
редко бывал дома. Поэтому мы обычно втроем пили чай с домашними плюшками
под огромным уютным торшером. Болтали о школьных делах, мечтали, строили
планы…
Это было необычайно, романтическое время! Внимание взрослых, а тем
более нас, детей, притягивал таинственный космос. Еще бы – запущенны первое
спутники; на орбите уже побывали четвероногие космонавты Белка и Стрелка!
Мы бредили полетами к звездам. До дыр зачитывали фантастические
романы. Из подручных средств – фольги от конфет, пустых тюбиков от зубной
пасты – мастерили свои ракеты, набивали их резаной фотопленкой и спичечными
головками. Нашим космодромом был стадион, расположенный на улице Красных
Коммунаров. Неумело сделанные ракеты часто взрывались и горели, и пожилой
сторож стадиона бегал за нами с палкой, обещая сдать в милицию…
После уроков мы с Олегом обычно заходили ко мне домой – это было
как раз по пути. Мои родители – медики, уверенные своей работой, продолжали
и в семейной обстановке обсуждать профессиональные вопросы, посоветовались
по поводу трудных больных, спорили… Я знал, что большинству ребят, эти
разговоры, мягко говоря, удовольствия не доставляли. Но вот Олег, к моему
изумлению, не мог часами сидеть на этих домашних «консилиумах», причем
что-то спрашивал, просил пояснить…
Прошло три или четыре года. Отца Олега перевели служить в другой
город. Сначала мы часто переписывались. Затем, как это бывает в таком возрасте,
новые друзья и события заслонили детскую привязанность, переписка оборвалась,
и мы надолго потеряли друг друга…
О пилотируемом космическом полете «Союз Т-10» на орбитальную станцию
я узнал рано утром восьмого февраля 1984 года, развернув газету. На первой
полосе в глаза бросались крупные портреты трех космонавтов. Еще не читая
имена новых героев космоса, я с огромным удивлением заметил, что лицо одного
из них мне кого – то очень и очень напоминает. Но среди тогдашних знакомых
память не находила человека, похожего на этого молодого, красивого, с умным
волевым лицом космонавта. И только глаза!.. Эти большие, грустно – мечтательные
глаза сразу напомнили мне и пятый класс, и первую настоящую школьную дружбу,
и маленького Олега, увлеченно объясняющего мне конструкцию очередной самодельной
ракеты.
Да, это был действительно он! Только худенький, невысокий, коротко
стриженый подросток превратился в широкоплечего космонавта – исследователя,
первого врача на орбите - Олега Атькова! Я тогда еще не знал, что начиналась
самая продолжительная в истории космонавтики 80-х космическая экспедиция,
растянувшаяся на 237 суток. На орбитальной станции рядом с космонавтами
А. Д. Кизимом, В. А. Соловьевым работал наш земляк, мой школьный товарищ
Олег Атьков. И не просто работал, а в качестве бортового медика
проводил уникальные медико-биологические исследований, закладывая фундамент
науки будущего – «обеспечения жизни деятельности в космосе при длительных
межпланетных перелетах».
